Она встала.
— Благодарю вас… Вы все-таки подали мне хотя и призрачную, но надежду.
— Я сейчас же сяду писать Савину…
— В добрый час…
Елизавета Петровна вернулась к Селезневым несколько успокоенная, но там ожидало ее начало той пытки, которая была неминуема для нее в обществе таких, кто знал о ее близости к семье Сиротининых.
Она застала Екатерину Николаевну в гостиной.
— Я вас жду, жду… Мне так хотелось с вами переговорить еще о моей милой Любе, услыхать еще раз, как они устроились, а вы только что вернулись из Москвы и уж пропали на несколько часов…
Все это хотя и было сказано в виде шутки, но в тоне голоса Селезневой проскользнули ноты раздражения.
— Я узнала об обрушившемся несчастии над близкими мне людьми.
— Это, верно, над Сиротиниными? Вы, кажется, интересовались ее сыном?