«Вскрытие трупа обнаружило, — добавлял он, — что покойная была безусловно честная, непорочная девушка. Против содержательницы веселого притона возбуждено судебное преследование».
Видно было, что, несмотря на то, что швейцар и дворник быстро стушевались, полиция сумела напасть на след несчастной и заставила их быть разговорчивыми.
Граф Сигизмунд Владиславович невольно побледнел и задрожал во время чтения этой заметки.
— Это ужасно! — воскликнул он, бросив газету. — К сожалению, случается во всех столицах мира.
— Но ведь это Клодина… — перебил его с дрожью в голосе молодой Алфимов.
— Кто?
— Клодина… Белокурая Клодина, которая живет в Москве и которой ты переводишь от меня деньги, чтобы, как ты говоришь, избегнуть с ее стороны скандала…
Граф Стоцкий уже настолько умел совладать с собой, что неподдельно расхохотался.
— Ты с ума сошел… Клодина и… эта несчастная честная девушка.
Граф продолжал неудержимо хохотать.