— Я не только знаю, но даже, как кажется, я перед ее матерью в большом долгу… Я нянчил ее мать когда-то на руках.
— Едва ли это удобно, сегодня…
— Нет, именно мне хотелось бы самому внести радость в тот дом, куда я внес печаль и горе… Не откажите…
— Извольте… Ваши соображения и чувства, лежащие в их основе, не позволяют мне не согласиться…
— Вот за это большое спасибо, но человек никогда не бывает доволен… Есть еще просьба…
— Еще?
— Да, еще… С завтрашнего дня я прошу вас занять ваше место в кассе моей банкирской конторы с двойным против прежнего окладом жалованья. Этим вы окончательно примирите меня с самим собою.
— Но…
— Никаких «но». Я сделаю объявление в газетах о возвращении вашем на прежнюю должность кассира конторы одновременно с уведомлением о выходе из фирмы Ивана Алфимова.
— Это жестоко относительно вашего сына, — запротестовал Дмитрий Павлович.