— Я вчера получила письмо от моей кузины из Дижона. Тетя очень больна и непременно желает меня видеть.
— И ты хочешь ехать? — спросил Савин.
В тоне этого вопроса сквозила плохо скрываемая радость. Молодая женщина горько улыбнулась.
— Непременно, и сегодня же с курьерским… На Москву…
— На Москву… Что за фантазия?..
— Ты забыл, что мы спешили и я не успела взять у Леперсье мою шляпку. Ту самую, которую, помнишь, я выписала из Парижа для заседания брюссельской судебной палаты.
— Узнаю женщину, — улыбнулся Николай Герасимович.
Он совершенно преобразился и не мог даже скрыть этого. Продолжавший мучать его вопрос: «Что делать», — разрешился так просто и так благоприятно.
«Я напишу ей… Это легче», — неслось в его голове.
— Я, к сожалению, не могу проводить тебя даже до Москвы, — смущенно сказал вслух Савин, — у меня тут дела…