При прощании она передала Николаю Герасимовичу банковый билет в пятьсот франков, который должен был оказать ему услугу в случае его нового бегства, но умоляла его быть осторожнее, не рисковать жизнью и помнить, что она всегда останется его и приедет всюду, где бы и в каком положении он ни находился, хотя бы и сосланным на поселение в сибирскую тундру.
Видя отчаяние Савина, молодая женщина старалась всячески утешить, поддержать его.
В эти тяжелые для них минуты, она находила не только силы для перенесения своей личной скорби, но и для поддержки падающего духом Николая Герасимовича.
Только любящая душа несет горе так, как несла его эта женщина, и одни женщины так выносят его.
В женской половине человеческого рода заключены великие силы, ворочающие миром.
И действительно, ее гордость действовала на Николая Герасимовича благотворно, пока она была с ним, но как только она уехала, чаша страдания его переполнилась.
Нестерпимо стало ему его томительное одиночество.
Всякие несуразные мысли лезли в голову и не давали покоя ни днем, ни ночью.
Все надежды, которые до сих пор его поддерживали и давали силу переносить все его несчастия, сразу как-то разрушились.
Он перестал в них верить: они стали ему казаться какой-то несообразной, неисполнимой химерой.