Она с трудом открыла, видимо, от слез потяжелевшие глаза.
– Сеня… Сенечка!..
Она сделала движение встать, но не могла.
– Лежи, лежи, родимая!
– Где отец?
– Жив, здоров, не тревожься…
– Неправда… Тот сказал… палками… – еле слышно простонала она.
– Брешет он, рыжий пес, брешет… Не тревожь себя, родная… для меня…
– Для тебя… а по что я-то нужна тебе такая… сегодняшняя…
– Дорога ты мне была и есть… невеста моя ненаглядная, – наклонился он к ней и поцеловал ее в лоб.