— Мама, — раз сказала она, — что делает папа? Сколько времени, как мы уже не видали его.
Бедная мать отвечала, что он уехал по делам, которые, видимо, его задержали.
Чтобы успокоить свою дочь, она обещала напомнить графу, чтобы он поспешил своим приездом.
У графини, таким образом, явилась двойная тяжелая забота: скрывать перед лихорадочными глазами ее дочери свое собственное горе и вместе с тем изыскать средства заставить графа посетить умирающую дочь.
В это время она еще ничего не знала о вероломной проделке Надежды Николаевны Ботт.
«Современная подруга» продолжала изредка навещать ее и говорила совершенно равнодушно об ее муже.
Она даже сообщила ей, что наполовину исполнила порученную ей миссию.
Граф Владимир остепенился, почти порвал все с «полусветом», живет сравнительно скромно, но, конечно, в несколько месяцев нельзя требовать, чтобы он совершенно изменил свои привычки, и что настанет скоро, по ее мнению, то время, когда он раскаявшийся вернется к жене и дочери.
Вскоре, впрочем, г-же Ботт стало трудно играть двойную роль. Ее посещения прекратились вовсе. Она испытывала в присутствии Конкордии Васильевны то же чувство, которое должен испытывать преступник, приведенный перед лицо своей жертвы.
Кроме того, Надежде Николаевне и без графини было много хлопот, чтобы удержать около себя графа Владимира Петровича.