Да и к чему теперь послужит эта поездка?
— Мы не поедем, Владимир! — сказал Караулов.
— Не поедем, почему? — простонал граф.
— А потому, что ты в таком состоянии, что не можешь ехать…
Граф Белавин горько улыбнулся.
— Вот как, но это пустяки… Ты ошибаешься!.. Ты увидишь, что как только я выеду из этого дома, я буду чувствовать себя очень хорошо. Поедем, поедем, мы опоздаем, поезд уйдет… Поедем скорее.
Он все время силился приподняться с кресла и встать, но не мог.
— Мой друг, ты не можешь стоять на ногах… как же ты поедешь. Повторяю, тебе нельзя ехать… Ты, надеюсь, имеешь ко мне доверие… я тебе говорю, что сегодня тебе ехать немыслимо.
— Сегодня! — воскликнул граф Владимир Петрович, поднимая с отчаянием руки. — Но тогда когда же? Не сказал ли ты, что часы Коры сочтены, что дорога каждая минута… Разве ты можешь, находясь здесь, отсрочить ее последний вздох.
Караулов грустно склонил голову.