— Вообразите, моя старая развалина назначил мне здесь свидание, а затем просит извинения… У него заболела супруга… Каково! Поплатится мне он…
— Дай Бог здоровья его супруге… И да погибнет он сам… И вы уезжаете?
— Как видите.
— А разве мы не можем вдвоем заменить одну развалину?
— Это зависит…
— От вас.
Маруся не заставила себя долго уговаривать, и вскоре один из уютных кабинетов этого лучшего ресторана Петербурга огласился ее серебристым смехом.
Вкусный обед, политый обильно вином, прошел оживленно, хотя граф Белавин ощутил неприятное чувство. Приехавший с волжских палестин, князь Адуев оказался более в курсе светской и полусветской жизни Петербурга, нежели он — истый петербуржец.
Маруся несколько раз поднимала его за это даже на смех.
— Да что ты, с луны что ли свалился… — со смехом говорила она.