Привал.
Селение приготовилось к встрече. Кабатчик торжествует. Заготовленные запасы дурманного зелья идут в ход. У питейного дома толпа. Пропиваются остатки полученных задатков, еще не пропитые на месте получения, пропивается последняя одежда и обувь.
Приказчик производит новый наем рабочих, выдает задатки, одежду, — но и их постигает та же участь.
К избе, занятой приказчиком, ранним утром другого дня собираются полупьяные, непроспавшиеся рабочие.
Большинство с еле прикрытым пестрядинною разодранною рубашкою телом (целовальник, видимо, не взял); некоторые, совсем обнаженные, требуют одежды, обуви, денег.
Приказчик, занимавшийся чайком, отрывается от самовара.
— Идтить как же? — вопросительно глядят они посоловевшими глазами на вышедшего из избы приказчика.
— А зачем пропивали? Идите, в чем мать родила, утробы ненасытные! — напускается он на них.
— Нет, уж это ты погодишь! — слышатся возгласы.
— Нанялся — иди, а не хошь — в полицию! — хорохорится приказчик.