Пользуясь довольно близким родством с богачом-золотопромышленником, Семен Порфирьевич обделывал свои делишки удачно и главное — безопасно. Ни характером, ни наружностью он не был похож на своего двоюродного брата. Суетливый, любопытный, льстивый, небольшого роста, с кругленьким брюшком и с чисто выбритою плутоватою, лоснящеюся от жира физиономиею он производил своей фигурой и манерой обращения с людьми отталкивающее впечатление.
— Что с тобой, крестный? — спросила Татьяна Петровна, увидав нахмуренное лицо Гладких.
— Когда я не только вижу этого человека, но даже слышу о нем, у меня переворачивает все нутро, вся желчь поднимается во мне… Отец и сын — одного поля ягоды…
— Что же они тебе сделали?
— Пока ничего, но я уверен, что они еще принесут к нам в дом много несчастья и горя.
— Ты думаешь?
— Это мое предчувствие неспроста… Я, как хорошая собака — чую волка издали. Этот сладенький, вечно улыбающийся, тихо подползающий Семен Порфирьевич имеет вид отъявленного жигана… Ты увидишь, что я буду прав… К счастью, я всегда настороже.
— Ты, крестный, видишь все в черном цвете.
— Исключая тебя, моя дорогая, — пошутил Гладких, насильственно улыбаясь.
Они разошлись по своим комнатам переодеться после дороги.