— Подождите, подождите… — продолжал Сабиров. — Мать выучила меня тогда одной молитве.
Он снова упал на колени, возведя глаза к небу и несколько минут молчал, как бы припоминая, что было видно по складкам его лба.
— Боже милосердный, упокой душу отца моего в царствии Твоем, прости тому, кто меня сделал сиротою, пошли утешение тому, кто за него несет наказание, смилостився над моей матерью и охрани от бед меня, дитя несчастья…
— Это лучшее доказательство, которое только можно добыть… — тихо проговорил старик. — Теперь нет ни малейшего сомнения.
Борис Иванович продолжал стоять на коленях и повторять молитву, которой его выучила его мать двадцать лет тому назад.
— Пойдемте! — сказал нищий.
— Побудем здесь… здесь так хорошо, — заметил Сабиров, вставая с колен.
Они сели у подножия креста.
— Ты знал моего отца? — спросил Борис Иванович.
— Да.