— Нет, видно так что-нибудь занедужилось, сегодня она встала и только что сейчас прошла в сад… Да вон она гуляет по аллее, — сказала прислуга.
Татьяна Петровна, действительно, задумчиво опустив голову, шла мимо калитки, выходившей на двор.
Нищий подошел к этой калитке.
Его поразило бледное, исхудалое, с следами слез лицо молодой девушки.
«Что-нибудь, да случилось здесь вчера? — пронеслось в его голове.: - Не Иннокентий ли Антипович, узнав, что Борис Иванович вернулся из России и прибыл в Завидово, сделал ей внушение, чтобы она и не смела думать о молодом инженере? Значит, она его любит!»
Эта мысль успокоила его.
Татьяна Петровна, подняв глаза, увидала своего «старого друга», как она называла Ивана, и, отворив калитку, позвала его в сад.
Он вошел, плотно затворив за собою калитку.
— Здравствуйте, барышня, Татьяна Петровна!.. Мне сейчас на кухне сказали, что вы вчера были нездоровы, да я и сам вижу, что на вас и сегодня лица нет… Что с вами, касаточка? Поведайте старику ваше горе.
Вместо ответа она опустилась на садовую скамейку, у которой стояла, и зарыдала. Иван подошел ближе.