— Нет, я тебя слишком мало люблю, так как не сумел сберечь твоего спокойствия…
— Разве ты не все для этого сделал и… наконец… разве я не счастлива?
— Ты страдаешь, бедное дитя! Ты плачешь, видишь, на твоих глазах и теперь слезы…
— Но ведь в этом ты не виноват, крестный, крестный!.. Разве можно быть веселой, когда знаешь то, что я знаю… Я не могу отрешиться от мысли о моем несчастном отце… о моей бедной матери…
— Только о них, Таня?.. — спросил Гладких, окидывая ее пытливым взглядом.
— Ты хочешь знать правду… Есть еще один, кого я не смею любить, но все же люблю, с кем бы я была так счастлива, который был бы моим защитником, когда я потеряю тебя.
Иннокентий Антипович вздрогнул.
— Успокойся, дитя мое! Я ведь еще здоров и сделаю все, чтобы видеть тебя счастливою… Но довольно об этом… Поговорил о чем-нибудь более веселом… Что случилось с Иваном? Он уже несколько дней как не был у нас…
— Я его видела вчера…
— Здесь?..