На каждой станции груды мешков с землёй для забаррикадирования окон казарм на случай нападения хунхузов.
За последние две недели таких нападений на станции было два, но оба отражены без потерь в людях с нашей стороны.
Пока что мы следуем благополучно.
Не могу не поделиться с читателями рассказом одного из моих попутчиков-офицеров о судьбе японского капитана Хирозе, погибшего при второй попытке заградить рейд Порт-Артура брандерами.
Он бросился спасать людей, но попавшим в него снарядом его разорвало надвое.
Половина его тела была взята японцами и с почестями предана погребению, а другая половина нашла себе могилу в русских водах.
Подъезжаем к Харбину, останавливаемся у знаменитого Сунгарийского моста, теперь, после известного покушения взорвать его, ещё более тщательно охраняемого.
Его осматривают. Наконец, наш поезд медленно пропускают.
Двенадцать часов ночи. Дождь льёт как из ведра. Остаёмся ночевать в поезде, так как до вокзала далеко.
Вчера, в девятом часу утра наш поезд, остановившийся, как я уже писал, на воинской платформе, перевели к Харбинскому вокзалу.