— То есть не нет, а ты не нашел, это разница! — возразил Антон Михайлович.
— Ну, пожалуй, если хочешь, не нашел, значит — для меня нет.
— А, может быть, проглядел?
— Пожалуй и проглядел; некогда, брат, посвящать себя всецело, быть может и приятной специальности — искать. Много и без того работы… — улыбнулся Иван Павлович.
— Нет, я счастливее тебя, — задумчиво начал Шатов.
Восторженно описал он своему другу свою невесту, княжну Лидию Дмитриевну Шестову, тепло и задушевно рассказал он историю их любви, неожиданность взаимного признания, печальную обстановку их обручения у одра умирающего отца.
— А та, другая? — спросил с дрожью в голосе Карнеев, знавший роман своего друга, но не знавший фамилию девушки, увлекшей молодого идеалиста.
— Та, это ее сестра, старшая… — смутился Шатов.
— Сестра? — удивился Иван Павлович.
— Да, но там все кончено, мы расстались на полуслове, на полупризнании, между нами не осталось даже ни малейшей нравственной связи. Я, видимо, герой не ее романа! — с горечью ответил Антон Михайлович.