Из церкви в это время выходил народ. Обедня кончилась. Княжна поспешила назад за ограду, вышла в главные ворота и, сев в пролетку, приказала кучеру ехать в «Гранд Отель». Подъезжая, она заметила около гостиницы толпу народа. Она поняла, что там уже все открыто и задрожала. Пролетка остановилась у подъезда гостиницы. Княжна вошла.
— Что случилось? — обратилась он к швейцару.
Голос ее дрогнул.
— Несчастье, ваше сиятельство! Княгиня, ваша тетушка, скончалась.
— Когда, где? — бросилась она по лестнице.
Опередивший ее швейцар расталкивал народ, толпившийся на лестнице ив коридоре и тщетно уговариваемый полицией разойтись.
Стоявший у дверей первого номера городовой не хотел было пускать княжну, но швейцар объяснил ему, что это племянница умершей, и она беспрепятственно вошла в номер.
— Умерла! Умерла! Где она? — бросилась она в приемную.
— Княжна! — успел выговорить Карамышев, поднявшись из за стола, где сидел вместе с Новским и доктором и допрашивал хозяина гостиницы.
Она на ходу порывисто вытащила из кармана ватерпрува носовой платок, чтобы приложить его к глазам.