Через минуту она пронеслась мимо Осипа Федоровича с блестящими детскою радостью глазами и со счастливей улыбкой на лице. Разговаривавшие с ней офицеры подвинулись ближе к Пашкову, чтобы не мешать танцующим.
— Премиленькая девочка, — заметил один из них, — только еще совсем ребенок.
— Да… конечно… Где ей, например, равняться с баронессой фон Армфельдт.
— А что, Пьер, здесь она сегодня?
— Нет, я, по крайней мере, не видал ее; впрочем, она всегда приезжает очень поздно.
— А красивая она баба, — проговорил первый, — теперь редко такую встретишь.
— Я видел, как ты ухаживал за ней вчера у Талицких по всем правилам искусства.
— Да что толку, братец, — комически и печальным тоном ответил ему товарищ, — никакие ухаживания не помогут, когда здесь не очень густо!
Он хлопнул себя по боковому карману.
— Разве она такая? — удивился Пьер. Тот только слегка присвистнул.