На слѣдующее утро начались поиски. Вѣтеръ немного стихъ, но былъ еще достаточно силенъ, чтобы затруднять продвиженіе впередъ. Чистый воздухъ открывалъ широкій кругозоръ. Туземцы разсыпались по разнымъ направленіямъ, Гэнтъ же и Цане шли вдоль берега. Здѣсь они увидѣли вмѣсто вчерашней безграничной ледяной равнины, простиравшейся отъ берега далеко въ море, открытую воду, на которой не видно было ни одной льдины. Часами шли они вдоль берега, но напрасны были ихъ старанія найти какой-нибудь слѣдъ заблудившагося.
Все правдоподобнѣе дѣлалась мысль, что Пэтнемъ, оставшись ночью на льду, былъ отнесенъ на оторвавшейся льдинѣ въ море. Въ такомъ случаѣ представлялись только двѣ возможности его спасенія: одна -- если бы вѣтеръ подулъ на югъ, что привело бы къ возвращенію льдины къ берегу; другая если бы наступило полное затишье, при которомъ новый ледъ образовалъ-бы мостъ между старымъ льдомъ и берегомъ, и тогда несчастный Пэтнемъ могъ-бы пробраться на берегъ.
На другой день Цане и Гэнтъ, въ сопровожденіи трехъ туземцевъ, поѣхали въ деревню у сѣвернаго мыса. Докторъ Кастилло остался на мѣстѣ, чтобы оказать Пэтнему помощь, въ случаѣ его возвращенія.
Энергичная развѣдка Гэнта и Цане была безпрерывной смѣной надеждъ и разочарованій.
Днемъ 13 января 1882 годa Цане получилъ извѣстіе, что Пэтнема видѣли утромъ того-же дня на льдинѣ, приблизительно въ 5 километрахъ отъ берега. Немыслимо было заставить туземцевъ пуститься въ путь для его спасенія. Не взирая на обѣщаніе высокаго вознагражденія, они упорно отказывались выѣхать изъ страха передъ надвинувшейся туда ледяной гущей.
На слѣдующій день опять пришло сообщеніе изъ другой деревни, лежащей на 10 километровъ южнѣе: Пэтнема видѣли на льду на разстояніи около 14 километровъ отъ берега, и на этотъ разъ туземцы приняли мѣры для его спасенія. Немедленно офицеры отправились въ ту деревню. Тамъ они узнали, что, дѣйствительно, наканунѣ двое людей съ "Роджерса", при помощи двухъ туземцевъ, предприняли попытку спасти Пэтнема. Но едва лишь они отъѣхали на 5 километровъ отъ берега, какъ были вынуждены повернуть обратно: ледъ повредилъ лодку въ столькихъ мѣстахъ, что имъ съ трудомъ удалось добраться до берега.
Теперь опять дулъ сильный вѣтеръ съ суши, давно унесшій несчастнаго изъ виду. Туземцы были глубоко убѣждены, что льдину Пэтнема прибьетъ къ какой-нибудь выступающей части суши. Поэтому были приняты мѣры, чтобы немедленно быть на мѣстѣ, готовыми для помощи, когда погода пpoяснится, но при этомъ натолкнулись на непредвидѣнныя трудности: туземцы были въ ссорѣ съ жителями прибрежныхъ деревень и не только отказывались сами туда ѣхать, но не желали дать даже собакъ для поѣздки. По ихъ словамъ, какъ людямъ, такъ и собакамъ грозила тамъ смерть.
Товарищи Пэтнема прошли много миль вдоль прибрежной полосы, но не узнали ничего утѣшительнаго. 26 января прошелъ слухъ, что къ берегу прибило нѣсколько собакъ. 29 января, послѣ 2-хъ дней пути при отчаянной вьюгѣ, офицеры добрались до того мѣста и установили, что, дѣйствительно, эти три собаки были изъ упряжки Пэтнема.
Скоро волны выбросили на берегъ еще одну собаку Пэтнема. На шеѣ ея зіяла рана, очевидно отъ револьвернаго выстрѣла. Собака была очень худа, измождена и вся покрыта льдомъ. Повидимому, Пэтнемъ хотѣлъ застрѣлить ее себѣ въ пищу, но совершенно обезсиленный, только ранилъ ее и собакѣ удалось убѣжать. Когда въ печальномъ фактѣ смерти Пэтнема нельзя было уже дольше сомнѣваться, офицеры отказались отъ дальнѣйшихъ розысковъ. Точно установлено только, что на третій день своихъ блужданій Пэтнемъ былъ еще живъ. О времени же, проведенномъ имъ на пловучей льдинѣ, лицомъ къ лицу со смертью, можно только строить догадки. Въ тѣ дни стоялъ морозъ въ 30--40 градусовъ, и хотя Пэтнемъ былъ одѣтъ очень тепло, но продовольствія у него совсѣмъ не было. Вѣроятно, льдина, на которой уносило несчастнаго, въ концѣ концовъ раскололась, и Пэтнемъ нашелъ могилу въ ледяныхъ волнахъ.
Кромѣ гибели "Роджерса", кромѣ жуткаго безпокойства за участь "Жаннетты", судьба нанесла намъ еще этотъ третій тяжелый ударъ.