Мельвиль, инженеръ "Жаннетты", вдругъ замѣтилъ въ машинномъ отдѣленіи, позади котловъ и машинъ, широкую щель. Корма была такъ крѣпко защемлена, что подъ сильнымъ давленіемъ льда разламывались толстыя доски. Да и правый бортъ былъ, повидимому, сильно поврежденъ, такъ какъ въ угольныхъ ямахъ вода прибывала съ угрожающей быстротой.
Я приказалъ вынести изъ палубной кладовой на ледъ половину запаса хлѣба и пеммикана (смѣсь жира и мясного порошка) и водворить продовольствіе, а также собакъ и сани, въ надежное мѣсто.
Около половины пятаго напоръ льда вдругъ ослабѣлъ. У насъ блеснула надежда, что ледъ не нанесетъ судну дальнѣйшихъ поврежденій. Вѣдь и безъ того корабль накренился подъ угломъ въ 22° и поднялся на полтора метра вверхъ.
Въ 5 часовъ пополудни напоръ льда возобновился съ такой силой, что корабль трещалъ по всѣмъ швамъ. Верхнюю палубу стало угрожающе сводить, и казалось, что правый бортъ вотъ-вотъ отдѣлится отъ корабля. Я приказалъ прежде всего устроить больныхъ на льду, а затѣмъ снести съ судна запасы продовольствія, одежду, постели, судовыя книги и бумаги.
Въ то время, какъ команда была занята выполненіемъ моего приказанія, послѣдовалъ новый ужасный толчекъ, и въ шесть часовъ вечера мы увидѣли, что корабль сталъ быстро наполняться водой. Съ этой минуты всѣ наши усилія были направлены на спасеніе сложенныхъ на льду припасовъ отъ угрожающей имъ опасности. Мы работали не покладая рукъ, пока вода не поднялась до верхней палубы, и пока корабль не перевернулся на лѣвый бортъ подъ угломъ въ 30°. Верхняя палуба лѣваго борта лежала въ водѣ, заливавшей уже поручни. Надо предположить, что ледъ продавилъ лѣвый бортъ противъ гросмачты.
Медленно, но неуклонно тонула "Жаннетта". Въ 8 часовъ я приказалъ оставить корабль. Мы оттащили всѣ лодки и запасы подальше отъ опасныхъ щелей и пропастей и разбили на льду палатки для ночлега.
Въ 3 часа утра корабль погрузился такъ глубоко, что труба лежала почти горизонтально на водѣ. Плавучій ледъ закончилъ дѣло разрушенія.
Часъ спустя "Жаннетта" окончательно погрузилась въ свою холодную могилу."
ТЕРНИСТЫЙ ПУТЬ
Члены экспедиціи превратились теперь въ наѣздниковъ безъ лошадей, въ странниковъ безъ дороги, безъ палокъ и посоховъ. Съ какой увѣренностью они приступали къ путешествію на сѣверный полюсъ! И вотъ, приблизившись къ своей цѣли, они вынуждены были для спасенія жизни повернуть назадъ. Съ тяжелымъ сердцемъ повиновались они закону самосохраненія.