-- Ну, пошел! Мели тут! Вот дурак!
Подали ужин, Первое кушанье -- кислая капуста с квасом и рыбой.
-- Садись, ешь, -- говорит Александр Сергею.
-- Боже мой! Да я не могу, -- простонал жалобно Сергей. -- И ты не веришь? Я вот уже три недели ничего кроме чая; едва-едва перепущу крошку белого хлеба, да и то с трудом. У меня нет ли еще срощения желудка!
-- Ешь, говорят тебе, лопай. Да ну, говорят тебе! А то я вышвырну тебя вон на мороз. Умирать, так все равно тебе, околевай на снегу.
-- Боже мой, Боже мой! -- стонет больной.
-- Да вы принудьте себя, хоть одну ложку, -- участливо уговаривает невестка.
-- Господи, да ведь это и здоровому вредно: капуста, квас, это... Больной хочет пуститься в медицинские объяснения. Старший брат останавливает.
-- Аксинья, -- кричит он кухарке, -- бери ухват! Если ты еще слово скажешь и не будешь есть, я тебя выгоню.
С видом человека, который видит, что смерть его наступит гораздо скорее ожиданного, и притом от другой причины, больной берет с отчаянием ложку и проносит в рот.