Иванов, игравший когда-то сам, увлекся, и, сидя около печки, пригрелся и забыл обо всем…
Однако игра кончилась. Кукушка выскочила из часов и прохрипела одиннадцать раз.
Боясь опоздать на ночлег, Иванов с трудом расстался с теплым углом светлой, веселой комнаты и вышел на улицу.
Подмерзло. Крупными хлопьями, напоминавшими куски ваты, валил снег, густым пологом спускаясь на улицу и ослепляя глаза.
Иванов долго шел, спрашивал прохожих и, наконец, добрался, окоченев от холода, до окраины. Ворота одного из постоялых дворов были не заперты. Он вошел в кухню.
— Переночевать бы у вас, — обратился он к дворнику, аппетитно евшему жирные щи с крошеной солониной.
— С лошадью? — спросил дворник.
— У меня лошади нет… я один…
— Один? Без лошадей не пускаем… Мы уж учены… обкрадывали…
— Рядом ступай, там и жуликов пускают! — послышался голос с полатей… И еще новый голос энергично прибавил: