Он взялся за ножичек, хотел скоблить, но сразу скис.
— Упадутие… Что-то уж очень глупо… Вроде надутия…
И опять радостно улыбнулся.
— Ах, я глупый, да ведь слово-то есть! — Подскоблил и написал: «упадок».
Вот это так. Читает:
— Произошло упадок… Не грамматично… Надо «произошел упадок», а не произошло… Потому упадок он. Упадок рода мужественного… Упадок… человека… Опять не так!.. Это можно сказать относительно упадка нравственности одного человека… Но в рассуждении физического естества двенадцати рабочих… упадение… падкость, падалица… Тьфу! Индо в пот бросило…
Вот как напишу — крушение… — И задумался.
— Крушение поезда… Крушение буржуазного строя… Крушение.
Он наобум стал перебирать все слова, которые ему приходили в голову: «кантон, район, фокстрот… пискология… упадутие… падалище… упадок…»
Он безумными глазами смотрел в окно на противоположный забор, где красовалась афиша Мейерхольда, выделяясь самыми крупными буквами из других.