— Да, да, хоть с самое горчичное зерно, тогда все можешь… Сама бабушка говорила… Если молиться…
Анна усмехнулась.
Ну, что там бабушка. Ты свою веру испытуй, старайся.
Так учредились в пустой даче моления. Анна в службах была не тверда, но скоро, с помощью книжки гимназической, получилась, и дело пошло гладко. Леша, когда нужно, действовал за троих и читал, и возглашал, а уж пел-то он — прямо за целый хор.
Вскоре же начались и чудеса. Начались так: за чайным столом сидели дети вдвоем, только еще Эмма Федоровна, а мама уехала в город. Принесли кипящий самовар. Эмма Федоровна заварила чай и поставила чайник на самовар.
Анна обернулась к Леше и шепнула:
— Если иметь веру, так и мощей не нужно, и так будут чудеса. Ты имеешь веру.
— Я не знаю какую… — растерялся Леша. — Может, еще не с горчичное…
— А ты испробуй, попытай… Сильно сосредоточься сначала, потом посмотри… хоть на чайник. И скажи: истинно говорю тебе, чайник, двинься.
Леша крепко-крепко сжал рот, зажмурился на секунду, потом повел глазами вверх, остановил их на чайнике и тихо, но явственно произнес нужные слова. Произнес — и побледнел: крышка чайника шевельнулась и стала потихоньку подпрыгивать.