Тем, кто интересуется вопросом об отделении церкви от государства, я очень советую прочесть статью В. Руднева. В конце он весьма отчетливо называет коммунизм -- религией, доказывает, что Россия управляется "религиозной сектой", почему там и невозможно "отделение" церкви от государства, -- возможно лишь гонение на все церкви, кроме "господствующей". Не менее любопытны и соображения М. Вишняка насчет демократии и реформ парламентаризма. Вообще, надо сказать, что читатель, не боящийся "скуки", найдет в отделе статей немало для себя полезного и поучительного. Вот, хотя бы, параллель, которую проводит А. Кизеветтер между взглядами на русскую историю (на московский период) -- Нольде и Бунакова. Не согласный ни с тем, ни с другим, Кизеветтер предлагает "реалистический" (не материалистический) метод исследования русского народа и русского самодержавия, указывая на опасности метода бунаковского, чисто духовного, интуитивного; особенно при неизбежном перегибе. Понятны перегибы Бунакова, который увлекся вновь открывшимся ему, духовным, религиозным смыслом самодержавия. Но, конечно, увлечение "духовностью" может привести к неожиданным выводам. От углубления внутренней связи между самодержавием и народом, лишь благодаря его всемерной поддержке и существованию, недалеко до вывода, что всякая реальная власть -- есть власть действительно народная, духу народа соответствующая и духовно им поддерживаемая. А таким образом надо и большевицкую власть признать народной: ведь без духовной поддержки народа она никак существовать не могла бы?

Это выводы не мои, а логики; оценки я не делаю; возможно, что Бунаков их и имел в виду.

Я не успею отметить все, что еще содержится в 37-й книге "С. З.", но это, пожалуй, и кстати: что я могу сказать о библиографии? Или о воспоминаниях внучки Толстого? О книге же в ее целом -- я все равно не сказал бы ничего: ведь я решил воздержаться от критики: эмиграция ее не выносит.

Эмиграция... Эмигрантские писатели... Кончая мою заметку, я вдруг впал в сомнения. Кроме писателей эмигрантских есть ведь и читатели. Что, если читателям вот такое мое объективное "рассказыванье" скучно (а оно-таки скучновато!), приятные расшаркиванья молодых рецензентов, -- по незнанию кулис, -- тоже, и просто критику, то, что всякий из нас думает, они бы почитали с большим удовольствием? И с большей пользой?

Не знаю. Но пусть, на этот раз, остается так. Пусть возьмут читатели книгу "Совр. Записок"; я ее "рассказал", а думают и судят пусть сами читатели.

Я не сомневаюсь, что читателей будет много, и очень этому радуюсь. Да и как русским не читать своего, единственного в мире свободного, толстого журнала?

Париж

...чеховская девочка написала о море: "Море было большое". -- Бунин И. А. Чехов // Бунин И. А. Воспоминания. Париж, 1950. С. 79. Гиппиус читала статьи Бунина "Чехов" в "Последних Новостях" (1928. 7 июня) и "О Чехове" (Там же. 1928. 14 июля).

КОММЕНТАРИИ