Взгляните, наконец, каким прямым предупреждением заключается баллада, и даже в словах вся точность, -- какую только допускает образность предсказаний:
В Москве он членом сделался совета,
В короткий срок.
Какой пример для нас являет это,
Какой урок!
Я не знаю, что еще можно прибавить к сказанному. Не обманываюсь: никогда слова отдельных пророков, а равно и трезвые, разумные слова отдельных личностей не исцеляли коллективного умопомешательства. Волна его продолжала катиться, вперед, неостановимо, -- до какого-то своего предела. Мы этим не должны, однако, смущаться. И помешанные -- люди. И среди них есть отдельные, могущие исцелиться. Для кого-нибудь, -- хотя бы одного! -- склонного к пророческим образам, к поэтической интуиции, я и привожу замечательную балладу Алексея Констан. Толстого, этого прекрасного русского поэта. Над ней нельзя не задуматься.
А для какого-нибудь другого помешанного, с иным складом души, знать не знающего о пророчествах, слушающего только реальность, -- я с удовольствием повернусь к реальности. Укажу ему на сегодняшние ("Матэн", 22 января 22) слова сегодняшнего, реального человека, -- не русского поэта, а президента американской торговой палаты М. Вальтера Берри.
Такой оборот меня нисколько не затрудняет, ибо и давно умерший русский поэт, и благополучно здравствующий американский президент говорят совершенно то же самое о том же самом: о "нечестивом убийце!" и о "чашке чаю".
Вот как говорит о них американец:
"...Генуэзская конференция -- осиное гнездо, ловушка, приготовленная не без Германии. Если кровавые убийцы России сядут за этот стол -- я страстно желал бы, чтобы Америка отказалась от приглашения.