— Какая барышня? От Юрочки?
Литта поспешно разорвала конверт. Всего несколько строк:
«Улитка, прими сейчас же подательницу этого письма. Прими в классной, если у тебя учитель мат. — А там видно будет. Она хорошая. Сестра. Буду скоро. Целую, детка. Записку порви».
— Гликерия… Пожалуйста… Он пишет… Проводите эту барышню ко мне в классную. Там учитель, — ничего… На минутку. Нет, нет, — прибавила она, увидев, что Гликерия смотрит обеспокоенно, — Юрий здоров, сам приедет, он только ее просил передать мне две книжки…
Вбежала назад в классную. Разрывая письмо на мелкие кусочки, растерянно заговорила:
— Это брат Юрий… Он всегда так, ничего не объяснит толком… Но уж, верно, нужно. Она сейчас сюда придет…
— Вы заняты? — сказал Михаил, поднимаясь. — В таком случае позвольте мне…
— Нет, нет, она должна сюда именно прийти…
— Но я не могу…
Наташа уже входила. Скромно одетая, в черном. Матовый солнечный свет желтил воздух.