Юрий рассердился:
— Какое тебе дело? Как это скучно и глупо! Неужели нельзя меня оставить в покое? Просто жить нельзя в Петербурге! На Остров ходят, ноют, сюда приду — и здесь то же самое!
Литта побледнела.
— Ты несправедлив, Юра.
Он уже улыбался.
— Да, я несправедлив. Прости, сестренка. Это Сашины дела меня растревожили. Что ж, сам он виноват… — Задумался, потом прибавил: — Я сегодня обедаю у вас. После останусь, отдохну хоть немного.
Глава шестнадцатая
САМОУБИЙЦА
Отдохнуть не пришлось.
Чуть только Юрий после обеда прилег на турецкий диван в своем просторном кабинете, в дверь постучали.