У меня много писем Чайковского. Я прочту два из них, уже последнего времени. Они ярко отражают эту строгость к духовно-близким, -- в данном случае ко мне, -- так же ярко отражая и его собственную, главную, сущность.
Но сначала два слова пояснения.
Лето 25 года, последнее лето своей жизни, Чайковский проводил в Медоне, под Парижем. Мы, как всегда, переписывались. Перед тем, как ответить на одно из моих писем, Н. В. прочел стихотворение, тогда мною напечатанное, "Молчи, молчи"... {Стихотворение это, на собрании не приведенное, мож. б., для ясности последующего, не будет лишним привести здесь.
Молчи. Молчи. Не говори с людьми.
Не подымай с души покрова.
Все люди на земле, -- пойми! пойми!
Ни одного не стоят слова.
Не плачь. Не плачь.
Блажен, кто от людей
Свои печали вольно скроет.