Последней ночью в эту дверь.
Какою было бы отрадой
Их умолить… но все враги.
И вновь стучу. И за оградой
Вот чьи-то тихие шаги.
Но между ним и мной — ограда.
Я слышу только шелест крыл
И голос,— легкий, как прохлада.
Он говорит: «А ты — любил?
Вас было трое. Трех мы знаем,