И жалобно всегда самолюбивы,
И низменно всегда разделены!
Мы думаем, что новый храм построим
Для новой, нам обещанной, земли…
Но каждый дорожит своим покоем
И одиночеством в своей щели.
Мы,— тихие,— в себе стыдимся Бога,
Надменные,— мы тлеем, не горя…
О, страшная и рабская дорога!
О, мутная последняя заря!