И для чего испытывать мне ту
Неизъяснимую словами тошноту…
Ее все знают в черном океане,
А я узнал ее вверху, заране…
Однако, я привык еще при нем
Бессмыслие и случай отрицать.
И в отраженном бытии моем
Пытался смысл какой-то отыскать.
Был друг у нас. Иль полудруг. И он
Был постоянно чьею-то заботой —