Пришлось собаке в Берлине круто.
Бредет, качаясь, на худых ногах --
Куда? Не найдет ли она приюта
У нас, на сенских берегах?
Что ж? Здесь каждый -- бродяга-собака,
И поглупел -- скажу не в укор.
Конечно, позорна собака, однако,
Это еще невинный позор.
Можно сказать давность! Время-то эмиграционное не только не остановилось -- годы удвояются, утрояются, если присмотреться, как все (и мы сами) изменилось...
Но кое-что -- тоже мелочи твердо осталось на местах. Эти твердые мелочи даже особенно изумляют, когда уж поймешь неостановимый бег времени.