— Но ведь мне не привыкать стать, Михаил Сергеич.
К попу по–стариковски подбежал Лукич и протянул ему руки, сложенные вместе горсточкой.
— Ну, помогай мне вывалиться из колымаги, старик. Потом благословлю.
Лукич что‑то бормотал ему бабьим голоском. Поп действительно не слез с тарантаса, а вывалился, опираясь пухлыми руками о плечи Лукича.
Михайло Сергеич поглядел на нашу ребячью толпу и ласково пробасил:
— Здорово, ребятишки! Вот и школа у вас. Учитесь прилежно.
Он повернулся к попу и запросто распорядился:
— Проходите, батюшка! Сейчас же начнём освящение. Приглашайте нас, молодая хозяюшка!
Учительница смущённо и с поклоном проговорила:
— Милости просим, Михаил Сергеич! Пожалуйте, батюшка!