— Ах вы, потешники милые!
С этих пор дверь в класс оставалась открытой, и даже Лукич во время занятий пропадал или в сарае или у попа во дворе.
Но Елена Григорьевна старалась незаметно освободить его из поповской кабалы: во время занятий она посылала его то в Ключи, к барыне Ермолаевой за книжками, то с записочкой на барский двор — к Антону Макарычу, то отправляла к себе на квартиру, где он отсиживался до конца уроков, а потом до вечера возился в школе. И на крики попа или попадьи ответа не было.
Однажды поп с притворным смирением спросил учительницу, вглядываясь в неё с пытливым подозрением:
— Где же пропадает этот бездельник Лукич? У меня по хозяйству работы невпроворот.
Елена Григорьевна удивилась и озадаченно дёрнула плечиками.
— Вот как! А я и не знала, батюшка, что Лукич служит у вас работником. В этом случае мне придётся просить назначить в школу сторожа.
Поп высокомерно распорядился:
— Этот старик—при церкви: он в моей воле. А в школе он приватно, но школа неотделима от церкви, она под моим пастырским наблюдением. Распоряжаться стариком без моего ведома вы не вольны.
Елена Григорьевна усмехнулась, и в глазах её блеснул игривый задор.