— Кто это тебе сказал, что платить будут? Они рады, что лишнего карсака не наймут, а деньги себе в карман положат. Ты не знаешь, какие тут волки. Уж ежели сунут тебе багор — и отдохнуть не дадут. Беги-ка отсюда, пока не пригвоздили тебя этим багром-то.
— Вот ещё! — запротестовал я. — Маленький я, что ли? Я, чай, не сробею. Увидят они, как я работаю, похвалят, тут я им и скажу: я не хуже Карманки работаю — давайте мне жалованье.
— Ух, какой ты прыткий, герой! — опять засмеялась Марийка. — Вот погляжу ужо, как ты воевать будешь!
— Уходи, уходи! — нетерпеливо шептала мать, — Беды с тобой не оберёшься…
Карманка морщился от улыбки и одобрительно кивал мне остроконечной бараньей шапкой.
В эту минуту приказчик крикнул издали, потрясая багром:
— Мальчишка! Эй! Беги сюда, бери багор! Будешь здесь считать рыбу.
— Вот! — упала духом мать. — Видишь, до чего достукался? Теперь там тебя затуркают.
Но я уже бежал к приказчику вприпрыжку, довольный, что получу свой урок, как самосильный работник. Курбатов ткнул мне в руки багор и свирепо оглядел меня.
— Благодари плотового, Матвея Егорыча: отнёсся к тебе, чтобы не шатался без дела. А ты, чай, и считать-то не умеешь. Тут на каждую скамью две тыщи надо.