— Резалки сюда к вам идут: Прасковея с мамой и ещё две… — торопливо ответил я. — За подмогой к вам. Подрядчица и контора совсем их замаяли.
— Что же, это общее дело, помогать надо, — согласился Карп Ильич и задумался. — Только с умом надо, без ножей да без булги.
Я обиделся за наших женщин и заспорил:
— Это не резалки на булгу-то идут, а подрядчица бушует.
Корней, попыхивая трубочкой, поддержал меня:
— Это у неё в привычке: разбойница, собака. Она с полицией заодно: и правого, и виноватого умеет в капкан загнать. Григорья-то с девчонкой она затравила.
В казарму вошли наши женщины и весело поздоровались, а Галя негодующе крикнула:
— Ну и коптильня у вас, мужчины! Не продохнёшь. Не я у вас хозяйка, а то бы живо к рукам прибрала.
Кто-то приветливо крикнул ей:
— Очень даже рады такой раскрасавице!