Матрос засмеялся без смеха в лице.
— Мы и без тебя воду у вас вычерпаем. А вот вы-то как запоёте, когда воды не будет? Из Астрахани нам ни воды, ни еды не привозят, а гробов сколь хошь… Знай умирай!
Наташа недоброжелательно стала к нему боком и, сдвинув брови, оборвала его:
— Чай, мы не век тут валяться будем…
— Век не век, а поваляют вас донельзя. Тут люди уж по неделе чахнут. Воды много, а в рот не льётся. Мертвецов на острове сваливают.
Наташа попрежнему стояла к матросу боком и не глядела на него, а мать прижимала меня к себе.
— На смерть нас сюда привезли, — шептала она, как в бреду. — На смерть! На погибель!
Наташа одёрнула её:
— Ничего не на смерть… Чего ты ревёшь? С какой стати будут морить-то нас? Холерных ищут, чтобы в Астрахань холеру не завезти. Начальство и в Астрахани, должно, такое же дурацкое, как и на Жилой. А ты, матрос, людей не расстраивай! Бородастый, а болван. Трус ты, а не матрос.
— Ишь, храбрая какая со своим умом-то! Ты лучше полюбуйся, сколько гробов нагрохали. Во-он они!