Наступила очередь Саванаролы, который въ это время громкимъ голосомъ читалъ сѵмволъ вѣры. Онъ медленно поднялся по лѣстницѣ и, дойдя до висѣлицы, окинулъ взглядомъ стоявшій внизу народъ. Хотя разстояніе было слишкомъ велико, чтобы кто либо изъ толпы могъ видѣть въ эту минуту выраженіе его лица, но каждому казалось, что онъ слышитъ слово: "Неблагодарный!"
Колоколъ Санъ-Марко сопровождалъ мѣрными ударами мрачную сцену смерти своего настоятеля.
Тѣло Джироламо Саванаролы повисло между его двумя вѣрными приверженцами
Былъ десятый часъ утра, 23 мая 1498 года.
Длинные багровые языки поднялись къ небу изъ сплошной массы пламени, но сильный вѣтеръ талъ ихъ назадъ, такъ что огонь не коснулся ни одного изъ трехъ тѣлъ, которыя судорожно корчились въ предсмертной агоніи. Но вскорѣ снова поднялся огонь и охватилъ востеръ со всѣхъ сторонъ скрылъ изъ глазъ присутствующихъ ужасающее зрѣлище. На площади господствовала глубокая тишина; только монахи пѣли заунывнымъ голосомъ божественные гимны да слышенъ былъ глухой трескъ и шипѣніе пылавшаго костра. Густой дымъ растилался надъ площадью вмѣстѣ съ смрадомъ горѣвшихъ труповъ.
Папскій коммиссаръ обратился къ Торріани, и они многозначительно пожали другъ другу руки. На ихъ лицахъ выражалась безкорыстная радость, что три человѣческихъ души попадутъ въ рай, а святой отецъ будетъ избавленъ отъ трехъ опасныхъ враговъ.
Пламя, уничтоживъ остатки костра, мало по малу угасло; поднялся столбъ дыму, послѣ котораго остались только угли и пепелъ.
Зрѣлище кончилось.
Коммиссаръ и "Signoria" отдали приказъ палачамъ собрать пепелъ и бросить въ Арно съ Ponte vecchio. Волны Арно далеко унесли смертные останки Джироламо Саванаролы; но ни вѣтеръ, ни волны не могли уничтожить память объ его умственной дѣятельности, которая будетъ переходить отъ поколѣнія въ поколѣнію до тѣхъ поръ, пока будутъ жить люди на землѣ.