Баярдъ, видя ея настойчивость, рѣшилъ сдѣлать небольшую уступку, чтобы превратить дальнѣйшій разговоръ.-- Хорошо, сказалъ онъ, я принимаю вашъ подарокъ, но съ тѣмъ, что вы позволите мнѣ распорядиться имъ по моему усмотрѣнію. Поэтому прошу васъ оставить двѣ тысячи дукатовъ у себя, такъ какъ я отдаю ихъ къ приданое вашимъ дочерямъ, что же касается остальныхъ пятисотъ дукатовъ, то я дарю ихъ бѣднымъ жителямъ Брешьи, которые наиболѣе пострадали отъ грабежа и военнаго постоя. Само собой разумѣется, что раздача денегъ будетъ зависѣть отъ васъ, потому что вы лучше меня знаете, кому нужна помощь. Затѣмъ, если вы ничего не имѣете противъ этого, то я попросилъ бы у васъ дозволенія проститься съ обѣими синьорами.
Хозяйка дома воевала обѣихъ дочерей, которыя съ замѣчательной красотой соединяли хорошее образованіе и нерѣдко во время болѣзни Баярда развлекали его пѣніемъ и игрой на лютнѣ.
Старшая изъ дѣвушекъ обратилась къ нему съ прощальнымъ привѣтствіемъ: Великодушный рыцарь, сказала она, я и сестра моя приносимъ вамъ искреннюю благодарность за оказанное вами покровительство. Мы всегда будемъ молить Бога о вашемъ благополучіи и сожалѣемъ, что не можемъ иначе выразить вамъ нашу признательность.
Баярдъ былъ тронутъ этими словами. Я скорѣе долженъ благодарить васъ синьорина и вашу сестру за неизмѣнную доброту, съ какой вы обѣ относились ко мнѣ во время моей продолжительной болѣзни. Малѣйшій знакъ вниманія и ласковый взглядъ прекрасныхъ глазъ получаютъ для насъ двойную цѣну, когда мы удалены отъ родины и осуждены на суровую походную жизнь.
Затѣмъ онъ дружески простился съ хозяйкой дома и обѣими дѣвушками; и пожалъ имъ руки по итальянскому обычаю, который въ то время еще не былъ принятъ во Франціи.
Баярдъ, едва дождавшись вечера, приказалъ сѣдлать лошадей, такъ какъ спѣшилъ присоединиться къ своимъ товарищамъ по оружію. Обѣ дѣвушки вышли проводить его на крыльцо; каждая поднесла ему подарокъ своей работы: одна изъ нихъ подарила рыцарю изящные наручни изъ золотыхъ и серебряныхъ нитокъ; другая -- кошелекъ для золота.
Баярдъ надѣлъ на себя наручни и привязалъ кошелекъ къ поясу. При этомъ онъ сердечно поблагодарилъ молодыхъ синьоринъ и сказалъ, что въ память о нихъ постоянно будетъ носить подаренныя ему вещи.
Помимо боязни пропустить битву, Боярдъ спѣшилъ на мѣсто военныхъ дѣйствій, чтобы остаться вѣрнымъ данному слову. Когда онъ лежалъ раненый въ Брешьи, принцъ Гастонъ де Фуа ежедневно навѣщалъ его и однажды, находя здоровье рыцаря удовлетворительнымъ, сказалъ ему: "Мой дорогой Баярдъ, я надѣюсь, что ваша рана скоро заживетъ и вы будете участвовать въ первой битвѣ, которую мы дадимъ непріятелю. Ваше отсутствіе было бы для насъ незамѣнимой потерей". Баярдъ отвѣтилъ, что онъ готовъ скорѣе приказать вынести себя вмѣстѣ съ постелью на средину битвы, нежели отказаться отъ участія въ ней.
Король Людовикъ XII и его полководцы напрасно обманывали себя надеждой, что и на этотъ разъ французская армія быстро обойдетъ Италію и останется побѣдительницей, не прибѣгая къ оружію. Причина такого заблужденія главнымъ образомъ заключалось въ томъ, что они совершенно упустили изъ виду, что предшествующее нашествіе французовъ было тяжелой, но крайне поучительной школой для итальянскихъ властелиновъ и предводителей войска. Если Карлу VIII удалось быстро и безпрепятственно пройти страну съ своей арміей, то это нужно приписать крайней запутанности дѣлъ на полуостровѣ и тому обстоятельству, что здѣсь еще не были извѣстны новые способы веденія войны. Жестокій урокъ не прошелъ безслѣдно для живыхъ и воспріимчивыхъ итальянцевъ; они воспользовались вороткамъ отдыхомъ, чтобы усвоить всѣ тѣ нововведенія, при которыхъ можно было съ успѣхомъ выдержать борьбу съ сильнымъ непріятелемъ. Въ самое короткое время сооружены были новыя крѣпости, построены мосты и пріобрѣтено усовершенствованное оружіе, такъ что высокомѣрное французское рыцарство увидѣло передъ собой другаго непріятеля. Вмѣстѣ съ тѣмъ дѣла въ Италіи приняли вскорѣ иной оборотъ. Самые знаменитые художники, какъ Леонардо да Винчи, Микель Анджело, Рафаэль и др. отложили кисть и рѣзецъ и занялись составленіемъ стратегическихъ плановъ для защиты страны отъ непріятеля.
Еслибы вражда между отдѣльными государствами и ненависть противъ Венеціи не мѣшали итальянцамъ дѣйствовать соединенными силами противъ враговъ, то врядъ ли французамъ удалось проникнуть въ полуостровъ.