Верхушки пальмъ ясно обрисовывались въ прозрачномъ воздухѣ среди кипарисовъ, оливковыхъ деревъ и темной зелени кустарниковъ. Сильный ароматъ цвѣтовъ и апельсиновыхъ рощъ далеко разносился по синимъ волнамъ, на встрѣчу баркѣ, которая быстро приближалась къ берегу. Теперь можно было ясно различить долины, горы, лѣса и рѣки; а такъ какъ многіе изъ моряковъ не разъ бывали на островѣ, то, по ихъ совѣту, рѣшено было направить барку въ ту сторону, гдѣ находился городъ Фамагоста съ его знаменитой гаванью. Очаровательное мѣстечко живописно раскинулось вдоль берега съ своими врытыми базарами и кладовыми. Вдали на склонѣ холмовъ виднѣлись виллы, тѣсно построенныя одна около другой; всѣ онѣ были окружены прекраснѣйшими садами, съ живыми изгородями изъ гигантскихъ голубовато-зеленыхъ алоэ или съ бѣлыми мраморными стѣнами. Среди этихъ очаровательныхъ жилищъ, вблизи собора, виднѣлся королевскій дворецъ, постройка котораго совмѣщала въ себѣ прелесть мавританской архитектуры съ строгостью италіянскаго стиля.
Съ обѣихъ сторонъ отъ главнаго зданія тянулись крытыя галлереи со сводами, состоящія изъ колоннъ, которыя окружали полукругомъ значительную часть сада, повидимому наиболѣе роскошную и предназначенную для королевы. Быть можетъ она была тамъ и въ эту минуту! промелькнуло въ головѣ Федериго. Фантазія живо нарисовало ему прекрасную и цвѣтущую семнадцатилѣтнюю женщину, гуляющую среди розъ и дорогихъ тропическихъ растеній. Къ дворцу примыкало нѣсколько другихъ виллъ, сады которыхъ доходили до самаго моря.
Между тѣмъ барка такъ близко подплыла къ берегу, что поднятъ былъ вопросъ куда причалить.
-- Только не у городской гавани! воскликнулъ принцъ Федериго. Весь этотъ шумъ и толкотня отъ выгрузки и нагрузки товаровъ вовсе не соотвѣтствуетъ моему расположенію духа.
При этихъ словахъ глаза его случайно остановились на мраморной террасѣ красиваго дома, окруженнаго большимъ тѣнистымъ садомъ. Отъ террассы шла широкая лѣстница до самаго моря, такъ что послѣднія ступени были постоянно покрыты брызгами волнъ.
На террасѣ было нѣсколько дамъ въ богатомъ греческомъ нарядѣ. Онѣ были заняты какой-то игрой, соединенной съ танцами, и быстро двигались взадъ и впередъ, то въ одиночку, то парами или группами. По водѣ звонко раздавался серебристый смѣхъ молодыхъ голосовъ, что еще больше привлекло вниманіе принца Федериго, который, слѣдуя влеченію своей фантазіи, приказалъ матросамъ причалить къ лѣстницѣ виллы, гдѣ было привязано нѣсколько красивыхъ лодокъ. Затѣмъ принцъ подошелъ къ борту и снялъ шляпу, дѣлая знакъ, что хочетъ вступить въ переговоры съ обитателями виллы.
Высокая представительная фигура принца привлекла вниманіе дамъ и расположила ихъ въ его пользу, хотя неожиданное появленіе каждаго незнакомаго мужчины у береговъ возбуждало подозрѣніе въ тѣ времена, когда вездѣ крейсировали морскіе разбойники.
На террассѣ произошло довольно продолжительное совѣщаніе, послѣ чего двѣ дамы сошли съ лѣстницы, чтобы вступить въ переговоры съ незнакомцемъ и узнать о цѣли его появленія.
Принцъ Федериго достаточно зналъ греческій языкъ, чтобы объясниться съ ними. Дамы заявили, что владѣтельница виллы принцесса Кандорасъ желаетъ гнать, кто онъ такой и по какому праву онъ осмѣлился причалить у ея дома? Принцъ Федериго отвѣтилъ, что онъ странствующій пѣвецъ и намѣренъ предложить свои услуги королевѣ Катаринѣ. Но въ данную минуту онъ проситъ дозволенія представиться синьорѣ Кандарасъ, въ надеждѣ, что она не откажетъ ему въ гостепріимствѣ и даже быть можетъ въ ходатайствѣ у королевы.
Дамы были видимо удивлены смѣлостью незнакомца; но обѣщали передать его слова владѣтельницѣ виллы. Когда онѣ вернулись на террасу, снова начался оживленный разговоръ, прерываемый веселымъ смѣхомъ. Послѣ этого тѣ-же дамы снова спустились съ лѣстницы и сообщили принцу, что синьора Кандорасъ готова оказать ему гостепріимство въ своемъ домѣ, но подъ условіемъ, что онъ подчинится всѣмъ мѣрамъ предосторожности, какія будутъ приняты противъ него. Принцъ Федериго отвѣтилъ, что онъ готовъ исполнить всѣ требованія владѣтельницы виллы, и затѣмъ въ сопровожденіи обѣихъ дамъ поднялся по лѣстницѣ на террасу.