Нужно было имѣть извѣстнаго рода мужество, чтобы сопротивляться такимъ образомъ волѣ матери, потому что въ тѣ времена, даже въ знатныхъ семьяхъ принуждали взрослыхъ дѣтей къ послушанію строгими мѣрами. Но Маддалена знала свою мать, и при этомъ она была такъ возмущена предполагаемымъ бравомъ, что въ данную минуту никакая сила на свѣтѣ не могла бы вынудить у ней согласіе.
Но кромѣ насилія были другія, болѣе дѣйствительныя средства. Разгнѣванная мать вышла изъ комнаты и заперла за собою дверь на ключъ. Она поспѣшила къ мужу, чтобы посовѣтоваться съ нимъ относительно дальнѣйшаго способа дѣйствій. Полчаса спустя она вернулась назадъ и объявила, что Маддалена за свое непослушаніе будетъ отправлена на неопредѣленное время въ женскій монастырь св. Аннунціаты. Веселая дѣвушка внутренно содрогнулась при этомъ извѣстіи; но изъ упрямства ничего не отвѣтила. Приготовленія были вскорѣ окончены, и молодую дѣвушку отнесли въ закрытыхъ носилкахъ въ монастырь, гдѣ настоятельница уже была предупреждена.относительно цѣли этой мѣры.
Большая часть флорентинскихъ монастырей пользовалась милостью фамиліи Медичи; такіе же правильные и щедрые вклады вносимы были и въ монастырь св. Аннунціаты. Кромѣ того, Лоренцо Медичи недавно пожертвовалъ въ монастырскую церковь образцовое художественное произведеніе Перуджино. Поэтому настоятельница считала своей прямой обязанностью исполнить желаніе своего благодѣтеля, тѣмъ болѣе, что ей не разъ случалось приводить къ смиренію закоснѣлыя души грѣшницъ, и она была довольно опытна въ подобныхъ дѣлахъ.
Первая принятая ею мѣра заключалась въ томъ, что Маддалена должна была подчиниться во всей строгости порядку монастырской жизни.
Ночью едва молодая дѣвушка заснула первымъ крѣпкимъ сномъ, какъ ее разбудилъ рѣзкій эвонъ церковнаго колокола, призывающій къ ранней обѣдни. Нѣсколько дней спустя, когда утомленные нервы утратили свою воспріимчивость, и колоколъ уже не въ состояніи былъ разбудить ее, примѣнены были другія средства, чтобы принудить гостью къ исполненію обязанностей, предписанныхъ монастырскимъ уставомъ. Монахини выполняли въ точности и съ невозмутимымъ хладнокровіемъ всѣ приказанія настоятельницы, которая позаботилась о томъ, чтобы слезы и просьбы Маддалены не возбуждали состраданія въ ея окружающихъ. Между прочимъ запрещено было строжайшимъ образомъ говорить съ нею, кромѣ необходимыхъ отвѣтовъ. Черезъ каждые два часа ее водили въ церковь и заставляли слушать безконечныя молитвы, не представлявшія для нея ни малѣйшаго умственнаго интереса. Окружавшія ее монахини, пріученныя къ слѣпому повиновенію, дошли до полнаго отупѣнія или были воодушевлены религіознымъ фанатизмомъ; кромѣ того у нихъ были различныя занятія въ монастырѣ и внѣ его; но несчастная Маддалена не въ состояніи была выносить томительное однообразіе этой жизни.
Сначала она рѣшила не покоряться ни въ какомъ случаѣ, хотя бы ей пришлось провести всю жизнь въ монастырѣ; но такъ какъ это не соотвѣтствовало желаніямъ ея родителей, то настоятельница еще болѣе усилила ея религіозныя обязанности. Кромѣ того, запрещены были какія либо облегченія и даже всякія дружескія изъявленія со стороны монахинь, такъ что Маддалена цѣлыми днями не говорила ни единаго слова.
Это была медленная пытка, которая черезъ нѣсколько дней вѣрнѣе привела къ цѣли, нежели минутныя физическія мученія. Маддалена дошла до такого угнетеннаго душевнаго и умственнаго состоянія, что настоятельница сочла возможнымъ написать родителямъ, что дочь ихъ смирилась и готова исполнить все, что они потребуютъ отъ нея.
Затѣмъ слѣдовала торжественная сцена: Доренцо и Клара явились въ монастырь за своей дочерью. Монахини собрались въ монастырской столовой; настоятельница привела Маддалену къ нетерпѣливо ожидавшимъ ее родителямъ. Лоренцо спросилъ дочь: намѣрена ли она покориться ихъ воли и выйти замужъ за Франческо Чибо? Наступило довольно продолжительное молчаніе. Сердце несчастной дѣвушки еще разъ возмутилось противъ ненавистнаго брака; отчаяніе и чувство полной безпомощности овладѣло ею. Глаза ея наполненные слезами на минуту остановились на безучастныхъ физіономіяхъ монахинь и на неподвижномъ лицѣ настоятельницы; затѣмъ она снова взглянула на своихъ родителей. Ихъ лица выражали томительное ожиданіе, мольбу и вмѣстѣ съ тѣмъ какую-то неумолимую безжалостную жестокость. Маддалена не отличалась сентиментальностью, которая была почти немыслима у дѣвушки такой знатной фамиліи въ тѣ суровыя времена; но до сихъ поръ она была увѣрена, что родители любятъ ее и желаютъ ей счастья. Теперь ей пришлось убѣдиться, какъ безумны были ея надежды, что ей позволятъ устроить жизнь по ея собственному желанію и влеченію сердца. Въ эту минуту единственная дочь Лоренцо Медичи, которой всѣ завидовали, охотно промѣняла бы свою участь на участь бѣднѣйшей дѣвушки Флоренціи.
Мысль о бѣгствѣ на минуту промелькнула въ ея головѣ; но гдѣ можетъ она найти сколько нибудь надежное убѣжище? Изъ ея глазъ полились горькія слезы; она бросилась съ судорожнымъ рыданіемъ на грудь матери. Безвыходность положенія, заставила ее рѣшиться на ненавистное замужество; но въ эту минуту навсегда поблекли розовыя надежды ея молодаго сердца, какъ цвѣты побитыя ледянымъ сѣвернымъ вѣтромъ. Одному небу было извѣстно къ чему приведетъ ее этотъ бракъ: будетъ ли она искать забвенія на сторонѣ въ непозволительныхъ сношеніяхъ, или дойдетъ до ожесточенія и станетъ мстить нелюбимому мужу за испорченную жизнь злыми выходками и капризами?
Такимъ образомъ нельзя было ожидать дальнѣйшаго сопротивленія со стороны молодой дѣвушки; но тѣмъ не менѣе встрѣтились непредвидѣнныя препятствія къ предполагаемому браку. Хотя сношенія между домами Медичи и Падди были окончательно порваны и Маддалена должна была отказаться отъ своей романической привязанности къ Пьетро Падди, но она искренно радовалась при мысли, что будетъ избавлена отъ брака съ Франческо Чибо.