— Товарищи! — бросился к ним Степанов. — Помогите тушить вагон с толем! И вон те восемь вагонов под угольной эстакадой давайте вывезем. Если их не оттащим, беда будет!
Но куда отводить вагоны? И как?
За эстакадой, в направлении к станции, все в огне. Горит даже земля — воспламенилась разлившаяся нефть. Пылает головная часть состава — кругляк на платформах. Уже занимается от него порожняк, и вот-вот огонь подберется к восьми опаснейшим вагонам!
Можно вывезти только направо, но и тут мешает состав, состоящий из смазочных цистерн. Остается одно: оттаскивать вагоны через поворотный круг, повернув его на свободный путь.
Приняв такое решение, Петр Нилович, не обращая уже никакого внимания на продолжающие свистеть вокруг осколки, спотыкаясь, падая, вновь поднимаясь, бегом бросился к кругу. Рабочего, управляющего кругом, на месте не оказалось. Петр Нилович проработал на транспорте три десятка лет, но ему ни разу еще не доводилось самому поворачивать круг. Однако, повозившись две-три минуты, он овладел механизмом. Осталось найти паровоз. Степанов заметил за депо маленький резервный паровозик под парами. Кинулся к нему, вновь перевел круг и подвел паровоз к вагонам, но тендер оказался без стяжек. Пришлось кое-как прицепить вагоны к паровозику цепью. Отцепив большегрузные вагоны от горящего состава, Степанов оттащил их от огня. Но паровозик быстро выдохся, беспомощно забуксовал. Стали наспех заправлять его досками, щепой, всем, что нашлось под руками. Но ждать было некогда.
«Что же делать?»
Вдруг Степанов увидел большую группу красноармейцев, бежавших к пожару. Остановив командира, лейтенанта авиации, мастер объяснил ему положение, прося немедленно перекатить вагоны через круг вручную поодиночке, чтобы потом уже отправить их дальше.
Лейтенант энергично взялся за дело. Степанов стал к кругу. Подталкиваемые десятками рук вагоны один за другим въезжали на круг. Петр Нилович направлял их на свободный путь. Ежесекундно опасный груз мог взорваться от детонации, от любого шального осколка и уничтожить все вокруг, но Степанов, забыв обо всем на свете, кроме того, что нужно спасти для страны, для армии эти вагоны, мужественно делал свое дело. Болезненное лицо его посерело от волнения, бледные губы искривила судорога невероятного напряжения. Лишь когда последний вагон благополучно прокатился мимо него через круг, Петр Нилович вздохнул шумно и облегченно.
Неподалеку горела пескоподача. Около нее осталось еще несколько горящих вагонов с лесоматериалами, и под самой эстакадой стоял паровоз Эш, на который никто в суматохе не обратил внимания. Руководивший работой лейтенант авиации бросился туда. На одной из платформ он заметил неповрежденный груз из ведер, лопат, фонарей, досок — военное имущество.
— Давайте, товарищи, вытащим!