— Желаю тебе успеха. Береги себя.
На следующий день Нина Дробышева выехала обратно. Мартин Тегерсен встретил ее с изысканной любезностью.
Дня три ушло у Нины на приведение в порядок переписки фирмы. Освоившись с обстановкой, Дробышева стала бывать в цехах. Однажды, проходя по заводскому двору, она услышала за штабелем пиленого леса, который шел на поделку ящиков для консервов, голос Тегерсена.
Выглянув из-за угла, Нина увидела немолодого возчика, стоявшего возле телеги, на которую он только что накладывал тес.
Видимо, Тегерсен, проходя мимо, нечаянно задел о колесо ногой и измазал свои светлосерые брюки дегтем.
— Ви рюсски свин! Не знайт, где стоять.
— А ты бы, господин, отошел подальше, чем тереться о мои колеса. Дегтю и так мало, — скрывая усмешку, говорил возчик.
— Молчайть! Молчайть! Свин! — визгливо выкрикнул Тегерсен.
— А ты не лайся, коли сам виноват, — произнес тот спокойно.
— Свин!