Федот накинул полушубок и, прицепив гранату, бросил отрывисто Ошуркову:
— Пошли в исполком. Это Русаков.
Одеваясь, тот повернулся к жене:
— Сбегай за фронтовиками, пускай сейчас же идут в исполком, — и, открыв подполье, вынул оттуда винтовку.
— Пошли, — кивнул он Казанцеву. Все трое поспешно зашагали к станичному комитету.
— Отвечать на ваши вопросы отказываюсь, — услышали они еще в коридоре твердый голос Русакова.
Федот пнул ногой дверь и шагнул в комнату, где стояло несколько человек.
Первым, кого увидел матрос, был Григорий Иванович, стоявший в окружении казаков. Лицо его было в ссадинах.
Матрос выхватил гранату.
— Вон отсюда, сволочи!