— Чепуха! — махнул рукой семинарист.
— Полегче! — сердито заговорил Воскобойников.
Разговор перешел на высокие ноты.
Агния поспешила к молодым людям:
— В чем дело, господа?
— Мы спорим с этим ученым мужем о любви. Сей юноша утверждает, что платоническая любовь есть высший идеал. Но скажу, что он так же ошибается сейчас, как и ошибался тогда, когда задумал отравиться со своей Офелией из седьмого класса гимназии и вместо цианистого калия принял касторку. Ха-ха! — залился пьяным смехом Пучков.
— Прошу вас грязными инсинуациями не заниматься, — побледнев от злости, Воскобойников повернулся спиной к семинаристу.
Агния, подавляя улыбку, взяла его под руку и отошла с ним к костру.
Пикник на Лысой горе затянулся, и ночь решили провести у костра.