В эту минуту Поддер, не теряя своего величественного вида, сообщил им, что сторожа поймали вероятного убийцу, сумасшедшего, который намеревался, оказывается, убить не герцогиню Линкольнвуд, а саму леди Сент-Остель! Мистер Поддер находил, что это вульгарное преступление -- покушение на убийство -- было самого дурного тона: застрелить прекрасную молодую графиню ночью, на балу, который она же давала!
Однако двум мужчинам, которым "молодая графиня" стала дороже всего на свете, принесенная им новость доставила только огромную радость. Это было в первую минуту. Затем Губерт вспомнил, как он говорил с Ванессой, и отчаянное, невыносимое раскаяние охватило его.
Глава XVIII
Ванесса прибыла в Хэмпстед около двух часов ночи. Весь дом спал крепким сном, и пришлось больше десяти минут ждать, пока шоферу удалось кого-то добудиться. Наконец мистер Леви, накинув на себя тяжелый шелковый халат, быстро спустился по лестнице. Увидев лицо дочери, он побледнел от страха. Но инстинкт самосохранения и тут не изменил ему. Он ввел Ванессу в гостиную направо от холла и закрыл дверь, прежде чем заговорить с нею.
-- Ради Бога, дитя мое, что случилось?
Ванесса упала на стул и смотрела прямо перед собой остановившимся, страдальческим взглядом. Лицо ее, которое, казалось, покинула всякая жизнь, было мертвенно бледно, и она отвечала отцу монотонным, безжизненным голосом.
-- Лорд Сент-Остель выгнал меня из дому, он сказал, что я опозорила его имя.
Мистер Леви опустился на стул возле нее.
-- Скажи мне сейчас же, что привело к этому? Что ты сделала?
Ванесса, как будто не понимая вопроса, повторила тем же бесстрастным, беззвучным голосом: