Он в Москве, и какое новое, сильное небывалое на лице земли ополчение встретило Наполеона и перед Москвой и в стенах Москвы; ополчение, не существовавшее со времени бытия столиц и великолепия человеческого: то грозное ополчение было-гробовое безмолвие исполинской столицы. В первый день Наполеон бежал от ополчения безмолвного: он прислушивался за заставой, что скажет древняя русская столица? Он ждал! Чего? Чтоб Россия поникла пред ним челом просительным, он мечтал, что вся Россия там, куда он торопил, куда он гнал себя. Наполеон в Москве, Наполеон в Кремле! И среди безмолвия гробового, на унылых стогнах московских, какой гремящий раздается глагол?
Ужели для выезда завоевателя летит торжественная колесница? Уже ли громы пушечные и звучащие трубы приветствуют его при всемирных плесках народов земных? На что это все? Он из широкой груди своей выводит, вызывает свою победоносную вселенную; он сам себя приветствует в орлином парении мечтаний cвоих. На что ему видимое? Для него нет существенности. Он весь во всесветной мечте: и вот что изрекает из очаровательной области своей.
"Солдаты! Каждый шаг ваш-торжество. В три месяца вы истребили три войска, собираемые неприятелем три года.
Ваши головы поникли под бременем лавров. Победоносные ваши длани водрузили знамена на челе башен московских.
Ваша беспримерная слава удивит потомство. Вы в столице России, где триста тысяч жителей умоляют вас о пощаде. Итак, ваш жребий - всегда побеждать!
Здесь за подвиги ваши ожидала вас награда. Побежденные русские-жертвы ярости своей. Отвергая выгоды и не внемля рассудку, они летят на смерть неизбежную.
Бывший московский градоначальник, враг французов, теперь присутствует в совете: он глава приверженцев Англии.
Солдаты! Мы преодолеем все препоны. Россия будет побеждена. Я с вами.
Вооружитесь мужеством, терпением и повиновением.
Не забывайте, что вы победители Египта, Маренги, Сарагоссы, Иены, Аустерлица и Можайска.