А гробь -- постель.
И въ сердцѣ есть святое увѣренье,
Что будетъ -- пробужденье!...
"Сѣверная Пчела", No 127, 1825
Къ портретамъ Русскихъ Полководцевъ (*).
(*) Писано въ Іюлѣ сего года. Соч.
Мнѣ случилось увидѣть собраніе портретовъ, писанныхъ кистію Г-на Дова, по Высочайшему повелѣнію. Рѣдкое сходство, сильная, широкая кисть и счастливый выборъ положенія для каждаго лица придаютъ большое достоинство симъ портретамъ, возбуждающимъ живѣйшее воспоминаніе о подлинникахъ.-- Кажется, видишь ихъ въ минуту самыхъ подвиговъ, кажется, узнаешь и ту мѣстность, гдѣ исполнялись дѣла, мнѣ обстоятельства, которыя сопровождали исполненіе. Словомъ, при взглядѣ на портретъ лица, представляется, такъ сказать, и самый портретъ времени, въ которое оно было дѣйствующихъ.
Я думалъ: почему бы не описать перомъ того, что написано кистію, съ такою жъ, если можно, жизнію, простотою и картинностію, такъ много говорящею воображенію? Но краски для сего должны быть отечественныя, и слогъ, сколько можно болѣе, народный -- но не простонародный: онъ долженъ особенно отличаться воинскимъ нарѣчіемъ и простодушіемъ, а болѣе всего быть слогомъ Русскимъ.
Я осмѣлился сдѣлать опытъ въ произведеніи піитическихъ портретовъ въ семъ родѣ.-- Черты времени, наиболѣе рѣзкія, совмѣстно съ какимъ ни будь особеннымъ подвигомъ и съ извѣстными качествами лица, составляютъ основаніе сихъ изображеній. Я старался, чтобъ слогъ былъ, такъ сказать, паноромическій, чтобъ описываемая эпоха имѣла свой народный цвѣтъ, и чтобъ: всѣ дѣйствующія лица двигались и говорили въ естественномъ порядкѣ, но такъ, чтобъ все вводное относилось всегда къ одному главному.-- Въ самомъ расказѣ, старался я сохранишь краски и живость, приличныя обстоятельствамъ, мѣстности и времени.-- Въ числѣ первыхъ, коихъ лица начертаны искусною кистію Г. Дова, представилъ я изображеніе Генерала Графа Милорадовича, при которомъ началъ служить съ самыхъ молодыхъ лѣтъ. Впрочемъ въ семъ историческо- описательномъ родѣ у меня заготовлено много разныхъ стихотвореній.