-- И, пожалуйста, никогда не возвращай этихъ подарковъ, сказалъ Александръ Владиміровичъ женѣ по-французски: -- отказаться отъ ихъ благодарности, значитъ, оскорбить этихъ людей презрѣніемъ. Отошли лучше чай и сахаръ Аннѣ Григорьевнѣ -- и дѣло съ концомъ.
Въ назначенное воскресенье Анна Григорьевна, послѣ обѣдни, пошла съ Ильею къ Кульбасову. День былъ базарный. Дьятельность городская оживилась. Утро было ясное; отъ сильнаго морова солнце багровымъ пятномъ пробивалось изъ-за синѣющей дали. По деревяннымъ подмосткамъ улицы шла Анна Григорьевна. Илъя задумчиво шелъ возлѣ матери; видно было, что онъ нѣсколько разъ хотелъ заговорить, но мрачное выраженіе лица матери останавливало рѣчь его. Пройдя Заднѣпровскую Улицу, они перешли мостъ и повернули направо, къ городскому саду, противъ котораго были выстроены каменные домы, не хуже столичныхъ. Влѣво отъ сада виднѣлась церковь съ пятью главами. Старуха перекрестилась на церковь и взглянула на сына.
-- Что, Илья? ну какъ Матвѣй Ѳедотычъ другаго взялъ? сказала она: -- вѣдь въ городѣ ты не одинъ. За нашимъ братомъ гоняться много не станутъ.
-- Нѣтъ, матушка, Александръ Владимірычъ говоритъ, что Кульбасовъ ему слово далъ не брать никого, окромя меня.
-- То-то, смотри Илья, это тебѣ наука. Помни, что тебѣ надѣяться не на кого. Береги платье снова, а честь смолода. Станешь шалить: оно, можетъ-быть, на первый разъ и удастся и съ рукъ сойдетъ; сатана попутаетъ, а тутъ недалеко и до омута, и самъ не увидишъ, какъ запутаешься! Начнешь людей обманыватъ, совѣсть запродашь, а тамъ и отъ Господа откачнешься!
Они подошли къ дому Кульбасова. Илья посмотрѣлъ на вывѣски: на одной было написано желтою краскою по черному полю: "Продажа бакалейныхъ товаровъ", а на другой красовались, неизвѣстно почему, написанныя славянскими буквами слова: "Книжная лавка".
Книжная лавка въ провинціи -- кладовая всякаго хлама, обыкновенно развозимаго по ярмаркамъ, и этотъ книжный хламъ находится въ пріятномъ сосѣдствѣ съ лавкою бакалейныхъ товаровъ, гдѣ крысы, наѣвшись сухой бумаги, къ большому своему удовольствію, находятъ колбасы, муку и орѣхи. Для самого владѣльца лавокъ было бы гораздо выгоднѣе имѣть лавку съ желѣзными припасами: какую пользу могла принести ему книжная лавка съ литературными произведеніями, отправляемыми изъ столицъ пудами?
Анна Григорьевна остановилась у воротъ, какъ-будто не рѣшаясь войдти въ домъ. Замѣтивъ у хозяйскихъ воротъ чужихъ людей, мальчикъ, закликавшій прохожихъ въ лавки, отъ скуки и любопытства подъѣхалъ на одной ногѣ по дорожкѣ, имъ же расчищенной по льду.
-- А что, голубчикъ, сказала старуха: -- хозяшгь дома?
-- А на что вамъ?